Чемпионат мира стал слишком большим. Футбол тонет в собственном изобилии

Чемпионат мира длится уже две недели, но до сих пор не покидает ощущение, что турнир по-настоящему так и не начался. Матчи сменяют друг друга с невероятной скоростью, календарь переполнен, а поток футбола становится настолько плотным, что вместо удовольствия вызывает усталость.

Эта версия мундиаля с 48 участниками всё чаще напоминает не праздник футбола, а бесконечный конвейер.

Турнир, который перекормили

Есть довольно жестокий способ производства фуа-гра. Гусю или утке в горло вставляют длинную трубку и насильно откармливают кукурузой, пока печень не увеличится до болезненных размеров. Именно такую аналогию вызывает нынешний чемпионат мира.

Слишком много матчей. Слишком много групп. Слишком много церемоний. Слишком много пауз на охлаждение. Слишком много рекламы. Слишком много добавленного времени.

Когда футбола становится слишком много, он перестаёт приносить прежнее удовольствие. Вместо насыщенного вкуса остаётся лишь ощущение пресыщения.

Больше команд — больше не значит лучше

48 сборных сегодня кажутся лишь промежуточной остановкой. Почему не сделать 64? Или сразу 128?

Разделить их на 16 групп по восемь команд, никого не исключать после группового этапа, добавить двухматчевые противостояния уже с 1/64 финала.

Ведь желающих заработать становится только больше, а каждое расширение турнира преподносится как очередная историческая победа.

Но вместе с масштабом постепенно исчезает исключительность самого чемпионата мира. То, что раньше было событием, становится обыденностью.

Спектакль важнее футбола

Ещё до стартового свистка начинается настоящее шоу. На поле выходят 52 футболиста, четыре арбитра, десятки детей, волонтёры с гигантскими флагами. В общей сложности более 150 человек участвуют в церемонии открытия каждого матча.

Всё это должно превратить обычную игру в грандиозное событие. Но когда подобный спектакль повторяется ежедневно по несколько раз, эффект неизбежно исчезает.

Реклама стала главным участником турнира

После гимнов — реклама. Во время обязательной паузы на охлаждение — реклама. В перерыве — снова реклама.

Порой возникает ощущение, что именно футбол мешает рекламным блокам, а не наоборот.

Особенно это заметно на американском чемпионате мира, где телевизионная картинка всё чаще переключается не на игру, а на болельщиков, знаменитостей, детей на трибунах или очередные коммерческие вставки.

Футбол остаётся заложником политики

На трибунах — президент ФИФА Джанни Инфантино. Вокруг турнира всё больше разговоров не только о футболе, но и о политике.

Сомалийскому арбитру отказали во въезде в США из-за гражданства. Капитана сборной Ирака, по сообщениям СМИ, несколько часов допрашивали при пересечении границы.

Сборная Ирана вообще была вынуждена проводить подготовку в Мексике, поскольку американские власти максимально ограничили время пребывания команды на территории страны.

Всё это происходит на фоне заявлений о том, что футбол должен объединять людей.

Мы сами стали частью этой системы

Самое удивительное заключается в том, что болельщики продолжают смотреть всё это.

Мы добровольно садимся перед экраном, словно герой фильма «Заводной апельсин», который не может закрыть глаза. Мы ждём голов, повторов, громких празднований, спорных решений VAR, переполненных стадионов и новых рекордов посещаемости.

Карусель не останавливается ни на минуту. Игроки не отдыхают. Болельщики тоже.

И никто уже не задаётся вопросом, действительно ли этого футбола стало слишком много.

Из ресторана высокой кухни — в фастфуд

Когда-то чемпионат мира был редким деликатесом. Теперь он всё больше напоминает огромный ресторан быстрого питания.

Жирнее. Слаще. Солонее. Больше. Главное — чтобы росла прибыль.

Когда бесконечное потребление становится нормой, остановиться уже почти невозможно. И хотя многие понимают, что масштаб начинает вредить самому турниру, отказаться от этого зрелища невероятно сложно.

Вместо того чтобы задуматься о будущем чемпионата мира, мы продолжаем считать варианты выхода лучших команд с третьих мест и ждать следующий игровой день.